“А МЫ С ТОБОЮ, ВАНЬ, В ПАРИЖЕ НУЖНЫ, КАК В БАНЕ ПАССАТИЖИ!”

0
385

– Увидеть Париж и умереть? – иронизировали знакомые перед моей поездкой. Но умирать не хотелось. Хотелось увидеть. И вот через трое суток после начала путешествия, после польских городков, германских…, Брюсселя, Антверпена мы въезжаем в столицу Франции Париж.
Машин в этом городе, кажется, больше, чем людей. И, в отличие от Бельгии, где мы не увидели ни одного полицейского, в Париже их достаточно. Они не стоят на месте, а передвигаются на велосипедах и мотоциклах.
Зелени на улицах нет. Парки и сады парижане устраивают на крышах высотных домов. Зато, если есть парковая зона где-то возле площади, то это идеальные дорожки, стройные ряды подбеленных деревьев и ровненькая садовая травка. Между прочим, Елисейские поля – это не парк и не лужайка перед каким-нибудь королевским дворцом. Это название улицы, на которой расположены самые дорогие магазины, салоны и квартиры. К Рождеству Елисейские поля украсили по-особому: на кольцевой – настоящий галогеновый лес.
Каждая улица в Париже оформлена в своем стиле: одну украшают шикарные люстры, подвешенные по центру, другую – японские фонари, третью – молоденькие березки, выкрашенные белой краской и украшенные мишурой… Очень стильно и, кроме того, помогает туристам ориентироваться.
Только около 20.00 вселяемся в отель где-то на окраине города. Это Арабский район, поэтому нам советуют из гостиницы не выходить. Но журналисты — народ любопытный и бесстрашный. К тому же в это время суток можно увидеть что-нибудь интересненькое. И мы-таки пошли осмотреться, прогуляться. Так что мы идем на прогулку.
Вдоль улицы сплошным рядом стоят автомобили, между ними по 5-10 сантиметров, припаркованы мастерски! Во многих из них таблички с объявлением о продаже: самый дешевый – 700 евро.
В 300 м от нашего отеля двое темнокожих мужчин  с помощью ломиков пытаются открыть двери «Мерседеса». Мы сворачиваем в ближайший проулок. Париж – это не только артисты…
Идем по улочке, которая больше напоминает дачный поселок где-нибудь в Ялте: холмистая, не очень чистая, дорожка, за высокими заборами – особнячки, во дворах молодые арабы решают свои вопросы. За время часовой прогулки не встретился ни один европеец.
В 7.30 на следующий день, мы уже в метро. Здесь раздают свежий номер газеты «Direct Matin». Это краткий обзор новостей за день, реклама и кроссворды. Толпы французов спешат на работу, но никаких очередей. Нет кассиров, продающих жетоны, их заменяют автоматы, выдающие билеты с магнитной полосой. Дальше электронный пропускник делает на билете еле заметную отметку и возвращает пассажиру. Дело в том, что действует билет в течение 1,5 часов, и за это время с ним можно проходить и 2-3 раза, если успеете управиться с делами. Кстати, такой билет в метро стоит 1,5 евро, но если вы покупаете сразу 10, то каждый обойдется в 1,25 евро.
Короткий эскалатор спускает нас в подземку. И тут мы видим, что парижское метро грязновато: на платформе какие-то бумажки, обрывки газет, какие-то фантики… Поезд подошел еле слышно. Это потому что на колесах — резина. Ехать в таком вагоне спокойнее, чем в киевском. Да и сиденья для бедняков тут просто шикарные. Но двери в вагонах открываются вручную. Французы считают, что не стоит затрачивать электроэнергию на открывание и закрывание всех дверей, кому надо войти или выйти – откроет, но только на остановке.
Проезжаем станции Крымскую, Сталинград… Выходим возле университета и первое, что бросается в глаза – сотни мотоциклов под стеной вуза. Здесь и небольшие скутеры, и огромные байки. А чуть дальше столкнулись еще с одним экзотическим явлением – очередью… в библиотеку. Говорят, студенты простаивают в ней часами. И интернет тут бессилен.
Поделиться опытом с нами, как с журналистами, согласились в веб-редакции «Le Monde» и редакции еженедельника-дайджеста «Courrier international». Здесь уже давно и серьезно развивают электронные версии газет, и от них получают львиную долю доходов. Есть даже подписчики на интернет-новости. Кто-то готов платить по 15 евро в месяц за доставку на свой электронный адрес всех новостей спорта, кто-то – политики… Понятно, что и режим работы другой: новости обновляются каждые 2-3 часа, в редакции около 300 журналистов. Редакция в Париже занимает четырехэтажное здание, только на содержание его уходят огромные суммы.
Между прочим, не последнее место в работе наших коллег занимает профсоюз журналистов Франции. Судя по всему, в Европе также не все гладко с законодательством, и нередко журналистам приходится судится.
Встречи с журналистами чередовались с экскурсиями по городу: величественные Лувр и Собор Парижской Богоматери, площади, ярмарки…   И повсюду нас встречали протяжным «Бонжю-у-ур!», при этом расплываясь в улыбках.
– Русия? – догадывались хозяева по нашим неуклюжим «бонжурам».
А вот попытки установить контакт на более привычном английском безуспешны.  Похоже, этот язык их раздражает.
– А где же француженки-красотки? – удивлялись наши мужчины.
Действительно, французские женщины сплошь и рядом в каких-то бесформенных балахонах или темных куртках, на ногах — ботинки…
В окне подвального помещения одного из зданий видим группу детишек.
– Неужели там внизу – детский сад? – интересуемся у гида.
– Здесь бассейн для детей, – говорит француженка. – Во Франции каждый ребенок должен уметь плавать. Родители обязаны водить их на плавание раз в неделю. Бесплатно. В каждом районе есть такие муниципальные бассейны…
Вечером – прогулка на кораблике по Сене и подъем на Эйфелеву башню. Подъем на 2-й этаж стоит 8,20 евро, на верхнюю площадку — 13,40. Причем, для детей до 12 лет — полцены, от 12 до 24 лет — на 2 евро дешевле от полной стоимости.
Конечно же, мы спешим подняться на самый верх. В стеклянный лифт входит человек 20. Поскрипывая, он поднимается выше и выше внутри этой гигантской металлической конструкции. На втором этаже – переход в другой такой же подъемник.
Высота более 300 метров. Вечерний Париж у наших ног был похож на звездное небо: освещенные улицы, расходились лучами в разные стороны, и по ним двигались светящиеся машины и еле различимые люди. Чувства переполняли нас, хотелось взмыть над этим чудесным городом. Не пугал даже леденящий ветер, который загонял пугливых посетителей вниз, на закрытую площадку. Мы отыскиваем район Монмартр, Нотр-Дам-де-Пари на острове Сите…
– Остаться бы в Париже навсегда! – слышу где-то за спиной родной язык.
Сама я подумала, что не хотела бы жить в таком суетном и грязном городе.
– А мы с тобою, Вань, в Париже нужны, как в бане пассатижи! – вспоминает кто-то известную песню Владимира Высоцкого. Нет, Парижу мы не нужны. Наша родина Украина, Павлоград с его хуторами, хрюкающими свинками на центральном рынке и пямятником Ленину, вместо Эйфелевой башни.
Павлоград – Антверпен – Брюссель – Париж – Страсбург

НЕТ КОММЕНТАРИЕВ

ОСТАВЬТЕ ВАШ КОММЕНТАРИЙ