На меня пригрозили надеть смирительную рубашку

0
377

Думала ли когда-нибудь Вика Яцуляк, что когда-то станет безработной? Наверное, нет. Но матери 6-летнего мальчика, работу найти непросто. Коллекторы банка, в котором она брала когда-то кредит на лечение сына, сегодня стучатся в ее квартиру и среди ночи. Она боится, что ее лишат родительских прав из-за того, что она не в силах обеспечить единственного дорогого Данилку необходимым. Не сегодня-завтра за долги у Виктории отберут квартиру. Отберут ребенка. И тогда ей жизнь не нужна.
От безысходности, на грани отчаяния, Виктория обратилась в редакцию “Бегемота”…
В ее 2-х комнатной квартире, в центре города Павлограда, очень скромно, но прибрано. На обоях красуются художества малолетнего Даньки. На кухне на полке старенького буфета в ряд стоят полупустые пакеты с крупами.
Мы сидим за стареньким журнальным столиком, пьем принесенный мной чай. Данька, схватив кусок колбасы, тут же показывает игрушки. Он еще не может понять, как тяжело приходится его маме.
Вика достает семейный альбом.
– Я имею два образования, – рассказывает она. – В свое время закончила Павлоградский техникум и получила образование в техникуме по линии МВД. Машиностроительные заводы тогда закрывались – работать было негде. В 90-х годах работала в милиции, в отделе дознания. Но зарплату тогда не платили… Мама с 1994 года была прикована к постели, и в поисках хоть какого-то заработка, я вынуждена была бросить работу в милиции. А мама умерла в 1996-м…
Я не всегда была безработной. Работала на почте. Работала на рынке. Но хозяева, если и платили, то мало, а то и вовсе забирали выручку в счет недостачи. И я опять осталась без работы. Пробовала работать в торговых сетях города, но там тоже была такая же практика – не платить зарплату работникам за якобы обнаруженную недостачу… Недоедала. Однажды от недоедания я слегла на 3 года. Меня выхаживали верующие. Училась заново ходить, говорить, писать… От меня отвернулись все. И только православная церковь от меня не отказалась, – спасибо Отцу Валентину. Меня там, нищую и оборванную, кормили…
В 2005 г. я стала матерью, у меня родился Данил. А на руках была справка, что ребенок нуждается в уходе. У него была инвалидность. Потом ее сняли…
Даня серьезно заболел, ему ставили гидроцефалию (водянку) головного мозга, и мне пришлось оставить работу. Чтобы встать на учет в Центре занятости необходимо официально проработать хотя бы полгода. А когда я пошла по предприятиям, там, узнав, что у меня больной ребенок, все от меня отказались.
Алиментов на ребенка у меня нет, я получаю пособие 306 грн. по уходу, как малоимущая. Я не могу ни лечить ребенка, ни кормить его. В детсад больного не берут, да и за все надо платить. В одном садике мне откровенно предложили мыть бесплатно два этажа, поскольку я не могу заплатить … Побывали мы и в детсаду № 8, но после того, как Даниил пришел оттуда с оторванным ухом… Он теперь боится туда ходить.
У меня вырос долг по коммунальным платежам за квартиру. За квартплату набежало за все это время порядка 20-ти тысяч грн. По решению суда долг за давностью лет снизился до 1,5 тыс. грн., но коммунальные службы почему-то отказываются списывать мне долги.
Люди мне помогают, дают вещи ребенку, иногда помогают деньгами, продуктами, но пусть они меня простят, отдавать долги мне нечем. Ситуация усугубляется еще и тем, что в 2007 г. на операцию ребенку я взяла кредит в банке в размере 2 тыс. 250 грн. И теперь за это мне грозят отобрать 2-х комнатную квартиру, в которой я проживаю с 1983 года.
Одна из чиновниц, когда я обратилась за помощью, посоветовала мне вместе с ребенком собирать бутылки… Я не могу. Но как только я сказала, что буду обращаться с жалобой в вышестоящие инстанции, на меня пригрозили надеть смирительную рубашку…
Я умоляла банковских работников дать возможность выплатить долг в рассрочку, мне некому помочь, но мне откровенно рассмеялись в лицо… Долг банку вырос с 2, 5 тыс. грн. почти до 7 тыс. грн., и каждый день сумма долга растет. Вручили мне, как выяснилось «липовую» повестку в суд в г. Днепропетровск, чтобы окончательно меня запугать. Я прошу всех, пожалуйста, не пугайте меня, – я и так стою у последней черты.
Маленький непоседа Данька, допив чай из своей кружки, просит еще.
– Мам, а можно еще чаю? – как воспитанный мальчик просит Данил.
– Конечно, сынок, – мама наполняет до краев чаем его желтую пластмассовую кружку, Данька опять хватает колбасу и ест ее без хлеба. С хлебом, оно, конечно, сытнее, но я понимаю, что досыта колбасу Данька кушает не часто – пусть ест.
– Я написала письмо в Кабинет министров, – продолжает Виктория. – И мне это тоже ставят в укор. Я боюсь, что у меня заберут ребенка, я боюсь, что у меня заберут квартиру. Вот так. Я не наркоманка и не алкоголичка… Но меня фактически толкают на путь бомжевания…
Вика плачет… А Данил, прильнув к матери, по-детски успокаивает ее. Взяв воздушный шарик, он отбегает в сторону и кричит своей единственной маме:
– Мама, лови!
Вика ловит шарик и бросает его обратно ребенку. Шарик летит ко мне. Детский смех разрывает наше молчание. Даня не понимает, какая угроза нависла над ним и над мамой.
Я собралась уходить. Данил, берет меня за руку и что-то хочет сказать. Я наклоняюсь, и он на ухо мне говорит : “А ты в следующий раз машину грузовую мне принесешь?”
– Конечно, – шепчу ему на ухо в ответ. – Но маме ничего об этом не говори. Это будет секрет.
Виктория закрывает за мной дверь квартиры. Только убережет ли эта хлипкая дверь от невзгод мать и сына?

P. S. Просьба к читателям “Бегемота”: если у вас есть ненужная детская машинка, позвоните, пожалуйста, в редакцию.

Вот как прокомментировали сложившуюся ситуацию в Павлоградском Центре социальных служб:
– Виктория Тадеевна обратилась в ЦСССМ впервые в 2008 году, – говорит ведущий специалист Центра Ирина Дмитриевна Афанасьева. – Мы обратились в службу по делам детей, которая устроила мальчика в детский сад №8, где он мог находиться на полном обеспечении круглосуточно. Но потом Виктория написала жалобу в Киев о том, что ее ребенка там обижали, и из садика сына забрала.
Изучая обстановку в семье Яцуляк, было установлено, что у нее большие долги по коммунальным платежам. Виктория брала кредит в банке, и не смогла его своевременно погасить. Теперь к ней приходят коллекторы и угрожают за долги выселить из квартиры. Наша служба посылала документ для банка, в котором подтверждалось, что Яцуляк действительно находится в затруднительном материальном положении. Но мы объяснили, что долг банку так или иначе платить придется.
Виктория категорически не хочет работать, и не прикладывает никаких усилий, чтобы изменить ситуацию к лучшему. Она избрала для себя своеобразную тактику поведения — жаловаться на всех и вся. Она написала жалобу на Управление социальной защиты г. Павлограда на то, что ей не на что жить. 21 ноября она обратилась в горисполком с аналогичной жалобой. Жалуется и на работников Центра, что якобы мы на нее оказываем психологическое давление.
У нас в городе много семей, которые оказались в сложной жизненной ситуации, и мы, чем можем, тем и помогаем, даже не смотря на такое недоброжелательное отношение к нам.

НЕТ КОММЕНТАРИЕВ

ОСТАВЬТЕ ВАШ КОММЕНТАРИЙ