Вернадский здесь больше не живет

0
319

Осень никогда не опаздывает. Одно мгновение – и вот уже дует холодный ветер, срывается дождь и, осыпая жухлыми листьями тротуары, в город приходит сентябрь. Невыспавшиеся школьники, с ранцами за спиной, бредут по утрам в свои школы, поглядывая с завистью на беззаботных собак, которым в школу идти не надо. Они любуются новыми ранцами и ботинками, наверное также, как это делали когда-то павлоградские гимназисты, шагая в свою гимназию на Дворянской 100 лет назад. Разница только в том, что занятия начинались приблизительно 20 сентября. Ну, а если считать по новому стилю, то выходит октябрь…
Понятное дело, детям рабочих или крестьян дорога в гимназию была закрыта. А еврейские дети могли занимать только 5% учебных мест по процентной норме. И это при том, что в начале 20 века в Павлограде на 13 тысяч православных приходилось 5 тысяч евреев. В гимназиях Российской империи учились только дети дворян, купцов, промышленников и государственных служащих. Все госслужащие носили мундиры – железнодорожники, связисты, преподаватели гимназий, чиновники городской управы, городовые и даже дворники, а также обязаны были носить белые фартуки. Гимназисты тоже ходили в форме. И не только в гимназиях. Старшеклассники щеголяли в куртках со стоячим воротником, как у морского кителя. Каждый гимназист имел выходной мундир, офицерскую шинель, наушники из черного фетра на случай мороза, но главное – серебряную эмблему гимназии.
В государственных женских гимназиях воспитанницы по будням носили коричневые платья с высоким воротником и черные фартуки. В праздники надевали белые фартуки. Пелеринки,рукавички и шляпки…
Только дело не в пелеринках и морских кителях с серебряными пуговицами и галунами. Дело в правилах, по которым жили тогда воспитанники гимназий. А правила были жесткие. Надо так полагать, что нынешние тинейджеры были бы порядком обескуражены, если бы им сегодня вдруг запретили появляться в кафе или в публичной библиотеке. Но в 1911-м гимназисты таким порядкам не удивлялись. Их не пускали в кондитерские, на танцевальные вечера, в кафе-шантаны, в театры. Надзиратели следили за тем, как гимназисты ведут себя на улицах. А сами гимназисты знали, что им нельзя вести себя так, как ведут себя дети рабочих. Это было строгое время, когда гимназистов учили только мужчины.
Естественно, гимназисты жаловались на гнет педагогов, но именно этим тиранам, этой закостенелой системе образования удалось воспитать великих русских ученых, таких как естествоиспытатель Владимир Вернадский, химик Александр Бутлеров, физик Александр Столетов, физиолог Иван Сеченов, невропатолог Владимир Бехтерев, изобретатель электрической свечи Павел Яблочкин, основоположник космонавтики Константин Циолковский, генетик Николай Вавилов и еще многих многих талантливых исследователей, педагогов, медиков, инженеров.
Современниками гимназистов в 1911 году были не Нестя Каменских и Потап, а Александр Блок, Александр Куприн, Максим Горький, Леонид Андреев, Александр Грин… Им в 1911 было у кого учиться и было с кого брать пример. С кого брать пример современным школьникам?.. Ну, уж точно не с украинских политиков и не с тех, кого сегодня правительство назначает героями.
Конечно же, воспитанникам гимназий приходилось не сладко. И самое страшное, с точки зрения наших школьников, заключалось в том, что гимназистам разрешалось гулять лишь до наступления сумерек: с 1 мая по 15 августа – до 10 часов вечера ; с 15 августа по 1 апреля – до семи… Никаких свобод, никакой расхлябанности.
Все это было уничтожено как самой Великой революцией 1917 года, так и Народным комиссариатом впоследствии.Зато при советской власти обучение за деньги было отменено. И доступ к равному образованию получили все. Педагоги с учениками в СССР много не цацкались: лодырей оставляли на второй год, а в дневники безжалостно ставили единицы. Но советская власть погибла в неравном бою с мошенниками, с разного рода шулерами и аферистами. Строителей коммунизма вырастить так и не удалось. Из призывов к самоотверженности и сознательности комсомольские вожаки, те самые, которые учили коммунизму советскую молодежь, легко сколотили себе миллиардные капиталы. Идеология рухнула, внеся определенную смуту, в том числе и в систему образования. Вчерашние исторические герои вдруг оказались предателями, а те, кого недавно называли фарцовщиками и спекулянтами, вдруг стали получать государственные награды. Так и пошло.
Чему научится современный школьник, если общество ему упорно внушает, что воровать очень выгодно? К чему будут стремиться талантливые ребята, если им с детства внушают, что бедность – синоним глупости?
Сегодня никто не запрещает школьникам гулять вечерами и приходить на занятия в свитерах и жилетках. Завоевания демократии все больше и больше освобождают учеников от “гнета” преподавателей. И низкий общественный статус – самих учителей от ответственности за результат своего труда. Освобожденные от пут и педагогических притеснений школьники зачастую заканчивают 11 классов не зная таблицы умножения, не в состоянии без ошибок написать хотя бы одно предложение. Такое оно среднее демократическое…
Казалось бы о гимназиях можно забыть. Только они возрождаются. Правда, выложить на стол 18 тыс. 330 долларов в год за обучение своего ребенка в киевской British International School, где обучались дети украинского президента, – мало кому под силу. И 9 тыс. 800 евро за тот же период в элитном лицее также повергнут в ужас многих родителей. Только классы в гимназиях не пустуют. А уж насчет порядка и качества преподавания в них можно не беспокоиться. Обучение ведется по так называемой “здоровьесберегающей” системе (контроль за режимом деятельности («сидим-стоим»), нагрузкой на зрение, осанкой и прочее). В обычных школах очевидно сделать такое трудно. При этом услугу по развозке детей школы не предоставляют, поскольку у учеников есть свой транспорт и собственная охрана. Ни о какой демократии или ограниченной ответственности за результаты труда разговор в таких заведениях не идет. Демократия – это простолюдинам. И свобода волеизъявления тоже. Детям избранных – строгий порядок и жесткие требования.
Современная наука с печалью смотрит на эти процессы и констатирует всеобщую деградацию:
Украинская школа теряет высокий уровень, оставшийся в наследство от школы времен СССР, – считает эксперт Института Горшенина Марина Ткаченко. Об этом она заявила в рамках экспертного опроса ДФ Института «Как изменилось качество образования в Украине по сравнению с СССР?» – Советская средняя школа была традиционно сильной. В СССР была хорошо построена система обучения одаренных детей. К примеру, существовала система специализированных интернатов, в которых могли учиться талантливые дети из провинции; она дала целое поколение выдающихся физиков и математиков.
К огромному сожалению, школа, которая раньше выполняла функции и воспитания, и обучения, в свое время сняла с себя функцию воспитания, а сейчас, с моей точки зрения, она сняла с себя и функцию обучения. Осталась достаточно формальная начитка материала, никто не работает с пониманием школьников. Сегодня за школой осталась только формальная функция организации учебного процесса”.
Можно сказать, что эксперт порочит доброе педагогической науки и клевещет на нашу независимую действительность, но, глядя на то, каких результатов добивается наше средне-демократическое образование, говорить такое не хочется. Вызывает сомнение то, что сегодня где-то за партой сидит новый Сеченов или новый Вавилов. Зато будущих стриптизерш, барменш и барменов, наверное, вдоволь. Много там, наверное, нянек, сиделок и гувернанток, которые потом уедут в Испанию, Канаду или Израиль. Много свободных чернорабочих, которым в общем-то не нужны ни Бойль-Мариот, ни Джордано Бруно, ни Леонардо да Винчи. Если уже сегодня в стране с трудом можно найти квалифицированного токаря, то академику Вернадскому здесь не место.

НЕТ КОММЕНТАРИЕВ

ОСТАВЬТЕ ВАШ КОММЕНТАРИЙ