Затерялась Оженковка

0
517

Оженковка — небольшое украинское село, недалеко от Межиричей. От днепропетровской трассы до села 8 километров, от Павлограда – 12. Газа нет, но к этому жители привыкли. Есть электричество, а с ним не пропадешь. Одна проблема убивает селян — дорога-каменка. Она давно уже желала лучшего, но в этом году ее окончательно добили сельскохозяйственные машины “Агро-союза”. Теперь простому селянину среди недели практически невозможно добираться до города: маршрутки ходят в село лишь по субботам, один раз утром и один раз в обед. Такси до Оженковки стоит 100 гривен, только не каждый водитель согласится трястись по колдобинам. Поэтому 8 км до трассы нужно преодолеть пешком, а там уже ловить маршрутку до города. Удобств тут, конечно, никаких, но связь с цивилизацией есть. Правда, зимой дорогу вообще заметает. А снег с нее практически невозможно убрать – мешают деревья, которые мощной стеной стоят на обочинах. Такая жизнь на отшибе в центре Европы.
Мы подъезжаем к селу, минуя дорожные ямы и ухабы. Вот они небольшие сельские домики. Вот она сельская ребятня, гоняющая на велосипедах по улочкам. Утомлённые трудовым днём жители отдыхают на скамеечках возле дворов. Тут же гуляют куры. У сельского магазина — группа селян. Видимо, здесь центр села.
– Красивое у вас село, – говорю я оженковцам, поздоровавшись, – только дорога опасная.
-Да нам перед каждыми выборами обещают сделать эту дорогу, – подхватывает одна из женщин. – Выборы проходят, и всё остаётся по-старому.
– А то, что мощная техника ездит по нашей дороге – это как, хорошо? – перебивает её высокий мужчина. – Сельскохозяйственная техника не может ездить по этим дорогам с оборудованием. Они должны у себя на краю каждого поля оставлять со стороны посадки 4 метра для проезда сельскохозяйственной техники. Даже в планах на землю есть полевые дороги, с них даже налог на прибыль никто не платит, потому что это дорога. “Агро-союз” её засеял. А вы посчитайте, 4 метра с каждого поля, сколько это дополнительных гектаров получается? Неучтённых. И всё это деньги…
-Мы хотели, чтобы нам разрешили спилить деревья, – объясняет мне женщина,- не разрешают. Штраф за одно срубленное дерево — 5000.
-В прошлом году зимой за умершей женщиной практически неделю не могла приехать скорая, – рассказала женщина с короткой стрижкой, – потому что дорогу не могли расчистить.
– Это что правда?
– А чего нам обманывать?
– Магазин у вас, видимо, не работает?- спрашиваю я, взглянув на закрытые наглухо двери сельского магазинчика.
– Чего ж не работает?…Работает, – поясняет охотно мужчина. – Утром и вечером, когда коровы идут…
– Как это «коровы идут»?.. А если нужно что-то купить днём?
-Бежишь домой к продавщице и просишь её выйти. Захочет — придёт, – говорит женщина в синем сарафане. – Но, вообще, нормально магазин работает.
-Ну, что вы такое говорите, – перебивает её другая селянка, – два раза в неделю хлеб свежий видите. И это хорошо по-вашему?
-Это пекарня плохая, – поясняет пожилой мужчина. – Магазин здесь ни при чём.
– Конечно, магазин ни при чем,- возмущается селянка. – Хлеб кислый. Два раза в неделю бежишь и не знаешь: достанется тебе или нет. А разрежешь, то мышь в хлебе, то плесень…
Я вижу, что местной ребятне явно интересно, о чём это мы разговариваем, – они то и дело тарахтят мимо нас на своих велосипедах.
-А школа и садик у вас есть? Врач?.. Аптека?.. Участковый?… – спрашиваю я.
И тут выясняется, что садик и школа есть только в Межиричах. Селянам удалось выбить автобус для 48 детей с трёх сёл. Однако мост, по которому возят детей, находится в аварийном состоянии, и ремонтировать его никто не собирается. Из-за занесённой дороги зимой дети в этом году девять дней сидели дома, и на Новогодние праздники они не могут попасть по той же причине. Кто-то им сказал, чтобы они не колотились: запаслись едой и ждали, пока снег растает. Они и ждали… Врача в селе, ясное дело, нет. Медсестра приезжает из Межиричей, опять же тогда, когда может проехать по дороге. У каждого дома своя аптека. Этой зимой «доаптечились»: у ребёнка была огромная температура, чтобы спасти его, пришлось машину тащить по снегу самим, потому что “скорая” не могла проехать.
А участкового в Оженковке люди, оказывается, даже в лицо не видели…
-Мы здесь сами себе и доктора, и милиционеры, – обреченно говорят они мне…
– Раньше было огромное село, – вспоминает одна из женщин, – много молодёжи, все дружные, праздники вместе отмечали. Клуб был замечательный. А теперь клуб завалили, разобрали башню, вытащили у нас плиты, сказали, что отремонтируют нам водопровод, сделают дорогу. И ничего. Ночью даже фонари на столбах не горят…
Вечереет. С пастбища возвращается стадо коров, и магазин открывается. Оженковцы разходятся по домам. А я захожу в магазин. На прилавке уныло стоят крупы, масло. Тут же моющие средства, стиральные порошки. Хлеба нет… Около 100 человек живут как будто на острове. О них, вероятно, забыли. И никто почему-то не бьёт тревогу из-за того, что дети не могут нормально учиться, а взрослые – нормально работать. Точно так же как два столетия назад оженковцы ходят пешком до города, самостоятельно назначают себе лечение, сами охраняют себя и сами хоронят. И это при том, что в нескольких километрах от них – село Межиричи, в которое маршрутки ходят каждый день…Чудны дела наши и наши порядки.
С проблемами оженковцев я обратилась к голове райгосадминистрации Виктору Дуднику.
-Если честно, я об этой проблеме слышу впервые, – говорит Виктор Николаевич, – от сельского головы я такой информации не получал. У нас проблем очень много, потому что на все существующие дороги в этом году выделили только 320 тыс. Мы направили их в Богуслав, Кочережки, Богдановку и Приволчанку. Четырем сельским радам мы смогли дать по 90 тысяч, т.к. на совещании было решено, что это самые кричащие 4 села. Если в Оженковке есть такая проблема, то переговорим с головой сельского совета, посмотрим, чем можно помочь. Жителям села необходимо обращаться с официальным запросом в сельскую раду, а та в свою очередь обратится к нам. Мы этот вопрос возьмём на контроль, и если у сельской рады таких денег нет, то при поступлении бюджетных денег, мы выделим их для Оженковки. Проблема в Оженковке есть, если средства поступят раньше, мы будем иметь это ввиду.
По поводу маршрутки, вы же понимаете, что все маршруты коммерческие. А на сегодняшний день в бюджете нет денег для компенсации затрат на перевезение людей.
Частота поездок связана с этим. У нас был очень тяжелым в финансовом плане 2010 год, 2011 уже легче, надеемся, что бюджет 2012 позволит нам иметь средства на компенсацию таких рейсов. Ведь какими бы убыточными эти сёла не были, мы не имеем права их забывать. Мы надеемся, что найдем деньги, чтобы дотировать перевозчиков на их убытки…
А сколько по Украине ещё таких Оженковок? – размышляю я, возвращаясь в редакцию. С плохими дорогами, без школ и аптек, без сельских врачей и милиционеров? Им обещают во время выборов «золотые горы», и они верят, что наша власть вспомнит и о них, подумает о их детях, о будущем. Только ничего этого нет: правительство занято укреплением вертикали власти, оппозиция — освобождением Юлии Тимошенко. И никому нет дела до простых людей из затерянного села Оженковка. Но они живут, покупают подозрительный хлеб два раза в неделю, и в дождь и в снег бредут до трассы, преодолевая многие километры. И всё это рядом с нами, в 15 минутах езды.

НЕТ КОММЕНТАРИЕВ

ОСТАВЬТЕ ВАШ КОММЕНТАРИЙ