Не нужен нам перец турецкий

0
296

На фоне огромных супермаркетов наши рынки проигрывают своей неказистостью. Колхоз — он и есть колхоз. Однако можно ли сравнивать домашние сливки, молоко и овощи с магазинным товаром? Да о каком сравнении вообще может идти речь? Именно поэтому в выходные дни павлоградский Центральный рынок напоминает муравейник. Только места всем продавцам не хватает. Они торгуют там, где придется. И городская власть, естественно, рано или поздно должна была обратить на это внимание.
-Что касается колхозного рынка, – объяснил на одном из заседании исполкома директор Центрального рынка Виталий Ковпак, – по плану он был предназначен для торговли крупно-рогатым скотом… Там по санитарным нормам вообще не должно быть никаких продовольственных товаров. Мы пошли навстречу людям. Поставили три – четыре ряда, но этого было недостаточно. В этом году поставили дополнительно тридцать рабочих мест. Я пришёл на рынок, места заняты, и там же, где сидели остальные люди, 50-60 человек под ДОСААФ, там же и сидят. Получается, чем больше я буду добавлять места, тем больше будет приходить продавцов.
-Так сделайте им столики в зале, – предложил городской голова Павлограда Иван Метелица.
-Вы поймите меня правильно – в пятницу, субботу и воскресенье заезжают колхозники. Я сейчас поставлю столы, куда мне их потом девать? Я не могу больше расширяться.
-Но для жителей города это нужно. Ведь эти товары везут селяне. Продукты натуральные. Может, нужно перепрофилировать прилегающий рынок… Надоело покупать яблоки, которые ничем не пахнут. Что там у них внутри – непонятно, не говоря уже о витаминах. Надо поработать в этом направлении…
Надо так полагать, что работа в этом направлении руководством рынков уже сегодня ведется. Но смогут ли сельские жители после увеличения торговых мест быть уверены в том, что они сами смогут продать свой товар? Сегодня в этом они не уверены.
-На рынке существует каста оптовиков, – делится своими проблемами житель одного из сёл Павлоградского района, – они живут за наш счет. Человек с села приехал, ему не дают никуда стать с молоком. Куда деваться? Им деться некуда, поэтому продают свой товар спекулянтам.
-Я бы назвал их бандой лодырей-оптовиков, – перебивает его ещё один торговец, продающий мёд. – А колхозников за молоко гоняют. Запрещают и то продавать, и то… Рядом со мною женщина продаёт мёд, ей можно, а мне запретили.
-Места все в крытом рынке закуплены, – объясняет мне женщина, которая привезла на рынок молоко. – А во двор я выхожу, там у меня есть моё место и клиенты. Но только на улице молоко продавать запрещают, говорят, что оно у меня некачественное, хотя у меня справка есть. У меня оно некачественное, а у перекупщиков оно становится качественным.
-Не то ты рассказываешь, – перебивает её стоящий рядом мужчина. – Ты приехала, тебе надо поскорее всё продать, у тебя автобус, и с хозяйством нужно управиться дома, поэтому ты цену уменьшаешь. А скупщики стоят и держатся за цену. Вот я поехал продавать мёд, на 50 гривен скинул цену. А меня спекулянты гоняют, чтобы не сбивал цену. Им не выгодно, чтобы селяне самостоятельно продавали свою продукцию, потому что они занижают цену, а они у нас перекупают и продают в три дорого. И получается, что селянин опять же остаётся в проигрыше. Работает — работает, а потом продаёт свой товар за копейки. Надо гнать этих всех спекулянтов с базара. Колхозный рынок не их собственный.
-Вообще, места для нас тоже есть, – объясняет мне Иван Петрович, житель одного из ближних сел, – только мы цены сбиваем, а они ближе к лаборантке, вот нас и гоняют. У нас это молоко некачественное, а они у нас его покупают, и у них оно качественное. А они возьмут наше молоко, да ещё и разбавят его, и сливки. Мы ведь приезжаем позже, а они рано — в 4 часа. А мы не можем — нам надо коров выгнать, с хозяйством управиться.
-Просто хотят убить колхозников, – дополняет его рядом стоящая женщина, – чтобы ничего не держали. Нажиться на нас. Купить за рубль, а продать за 10.
Так что, пока на заседаниях исполкома рассуждают, как лучше организовать работу колхозного рынка, простые селяне точно знают, что сколько бы рынок не расширяли, для них там места все равно не хватит. Хотя и рынок построен как будто для них. Поэтому и доходит у нас до абсурда, когда селяне литр молока продают перекупщикам по 2 грн. 10 коп., а те, в свою очередь, продают его горожанам, как минимум, по 5 грн.: 150 – процентный навар оседает в кармане ловкого перекупщика, который не знает, где у коровы вымя, и чем эту корову кормить. Ему не надо заботиться о животном. Нужно только пораньше встать, занять на рынке хорошее место и до последнего держать цену. То что селянин после тяжелых трудов получает копейки – никого не волнует. Но как долго смогут селяне работать в таких условиях? А вдруг им стукнет в голову отказаться и выращивать всё только для себя? С чем мы тогда останемся? С непрокисающей магазинной сметаной, с вечно зелеными бананами, вместо украинского яблока, и турецкими помидорами?
Наши села пока еще помогают украинской картошкой, цельным творогом и молоком. И именно они сегодня сдерживают рост цен на продукты. Но, возможно, завтра сделать этого они не смогут.

НЕТ КОММЕНТАРИЕВ

ОСТАВЬТЕ ВАШ КОММЕНТАРИЙ