ВАЛЕНТИНА ВЛАДИМИРОВНА МЕЧТАЕТ О ХОРОШЕЙ ШВЕЙНОЙ МАШИНКЕ

0
390

Ее старенький домик затерялся  между полотном железной дороги и бесконечно длинной кирпичной стеной   комбината хлебопродуктов, за зарослями травы и кустарников. “Тут и здоровому человеку выжить непросто, а каково же приходится женщине, у которой ампутированы обе ноги”, -­ размышляю я, шагая по этой безлюдной окраине Павлограда. Переулок Железнодорожников без подсказки, сразу скажу, не найти. Здесь живет Валентина…

Валентина Владимировна Грищенко­ красивая, приветливая женщина, с аккуратно уложенными волосами. На лице макияж -­ все как положено. Мы сидим на кухне: я ­ на табурете, а Валентина — на инвалидной коляске. По манере держаться видно, что Валентина — женщина энергичная.
­ -Инвалидом я стала в 1998 году благодаря «профессионализму» наших врачей, -­ попросту рассказывает она. ­ –  1 декабря 1997-­го  спрыгнула я  с крыльца своего дома на землю. А на улице здесь всегда было темно. Ну и вывихнула себе  обе ноги в области голеностопного сустава. Хотя, что это было, точно ­ я не знаю. Может, были порваны связки или это был перелом. Врачи мне приписывали то ревматизм, то полиомиелит — диагноза не было. Помню только, что 9-­летний сын возил моей матери домой на стирку мои гнойные бинты и привозил их в больницу обратно. Я пролежала  больше года. Терпеть у меня уже не было сил. На перевязке мне вручную выдавливали гной из коленок… И если бы не верующие, которые мне помогли, может, и в живых бы меня не было. Они отвезли меня в Днепропетровск. Там  профессора все удивлялись: как в цивилизованных условиях больницы можно было до погибели довести человека… А у меня уже кости на ногах стали чернеть… И когда мне сказали, что остается одно -­ ноги ампутировать, я была уже согласна на все.
Уже потом, в минуты слабости, у меня было желание и собой покончить. Но на кого же я сына оставлю?…
­- Светлее после этого в переулке не стало? – спрашиваю я Валентину.
­- Какой ­там… Тут и шею можно себе вывихнуть. Я писала письмо Президенту о том, чтобы обязали предприятие вырубать кустарники. Говорят, что ответ от Президента уже пришел, но кого обяжут вырубать заросли кустарников и улицу освещать, неизвестно.
Квартира у меня без удобств. Перегородку комнаты, чтобы кухню здесь обустроить, мы еще с мужем ставили, когда я с ногами была. А после смерти матери продала ее дом, и на эти деньги купила ванну и водогрейку. Благодаря заботе железнодорожников в квартиру была проведена вода. Ванна мне, извините, и туалет заменяет. А в туалет я хожу только на лекарствах… Но в ванную день ото дня мне все тяжелее влезать:  ­  дает о себе знать артроз локтевых суставов.
­ -Помощь-­то кто-­нибудь оказывает? -­ не рассчитывая на положительный ответ, спрашиваю я.
­- У нас инвалиды первой группы даже кредит не могут взять на себя — не дают. Соседка, дай ей, Боже, здоровья, взяла мой кредит на окна, 3 тыс. грн., на себя. А что я могу купить на свои 877 грн. пенсии?
Проблемы Валентины  на этом, естественно, не заканчиваются. Жилье в переулке люди отапливают углем. Только кто будет носить уголь инвалиду? Она отапливает комнаты тремя  электрокаминами. Это ей, конечно, влетает в копеечку. Выживай, как хочешь.
День Валентины Владимировны наполнен заботами: заправить кровать, помыть с помощью швабры пол, испечь хлеб, прополоть клумбу, съездить  на электроколяске на рынок ПХЗ (но это летом), приготовить обед… Валя вместе с сыном покупали кусками линолеум, потом сами постелили его на пол  — и очень мастерски.
Валентина ловкими движениями наливает из электрочайника в чашку кипяток. Но в чашку она кладет не сахар, а заменитель. За весом ей надо строго следить потому, что передвигаться приходится только  на руках. А руки такой нагрузки уже не выдерживают.
­- Когда наши дома отошли к УЖКХ, ­- рассказывает она о бедах забытого Богом поселка. -­  Нам сразу объявили, что туалеты, которые находятся на улице, уже переполнены, их никто не чистит. Нам придется строить новые и самостоятельно. Я просила помощи у ПЖД, но у них нет материалов. Тогда я написала Президенту. Мне персонально построили сливную яму, обложили ее кирпичом. А как же другие инвалиды?!
Здесь, кроме меня, еще инвалиды проживают. У нас нет кабельного телевидения, нет телефона от «Укртелекома», а телефон от ж/д работает с перебоями. И по мобильному на стационарные телефоны звонить накладно. Я вообще-­то стою на очереди на получение телефонной точки от «Укртелекома», но стою я уже 10 лет. Говорят, что мы за кабель свои деньги должны заплатить. А жить на что?
­-Зимой сложнее?
­- На коляске зимой ездить нельзя — батарейки замерзают, -­ говорит Валентина. -­ Такое впечатление,что нам умышленно осложняют жизнь. Единственный магазин с пандусом на ПХЗ, но и его сделали так, что порожек не переедешь. В поликлинике, в аптеке пандуса нет. Сын помогает, но он же не бросит работу. Да я и не люблю быть кому-­то в тягость. Я никогда не была в супермаркете. Говорят, там можно набирать всяких продуктов в кошелку, а рассчитываться на выходе — интересно было бы посмотреть. Я не знаю, что такое секонд ­хэнд. В автобусе тоже не смогу добраться до центра города,  где, говорят, полно социальных магазинов…
Хватает у Валентины силы на то, чтобы другим помогать. Узнав по объявлению в газете, что кому-­то требуется донорская кровь, Валя тут же откликнулась. Но кровь у инвалидов не принимают.
­- Думаю иногда, что мне еще хорошо, -­ говорит она. -­ Все-­таки я в любой момент на улицу могу выйти. А как инвалиды в многоэтажках живут? Живу -­ не жалуюсь. Есть у меня мечта: хочу купить душевую кабинку вместо ванной. А еще надо бы мне стиральную машинку-­автомат купить, потому что постельное белье мне приходится руками стирать. Да и с возрастом стиральную машинку  передвигать руками становится все сложнее. Но милостыни я не прошу. Сама хочу зарабатывать. Работу, можно сказать, сама себе вытребовала. Произошло это после того, как я поговорила по прямой линии с Президентом, когда он по телевизору выступал. Я задала ему единственный вопрос: «Почему инвалидам первой группы служба занятости работу не предоставляет?» И тогда мне предложили работу швеи, но швейная машинка у меня ручная и нет оверлока. Шьем рукавицы. Мне надо пошить 60 пар за 4-­х часовой рабочий день. На своей машинке я не укладываюсь в норматив. Вот если бы оверлок и электропривод к ней…
Уходя, я пообещала Валентине Владимировне обратиться к читателям “Бегемота” за помощью… В Павлограде достаточно самостоятельных людей, которые знают, что такое борьба за жизнь. Вот уже 13 лет Валентина Владимировна борется за каждый день своей жизни. И сдаваться не собирается.

P. S. Если у кого-­то из наших читателей возникнет желание помочь Валентине Владимировне, звоните в редакцию по телефону: 4-­04-­44.

НЕТ КОММЕНТАРИЕВ

ОСТАВЬТЕ ВАШ КОММЕНТАРИЙ